Перекресток «ЛГ». Куралай Джумабекова: «…каждые пять лет надо менять работу»

Благодаря работе Куралай Джумабековой множество детей-сирот обретают дом и семью. Также ее труд помогает взрослым людям найти подход к малышам, оставшимся без родителей. Она много лет работала в сфере образования, а теперь проводит обучение в Школе приемных родителей в Кокшетау. Куралай Джумабекова рассказала о своих детях, тонкостях воспитания, предназначении женщины и терпении.

 

Куралай Джумабекова родилась в Щучинском районе, селе Кенды-Карагай. Много лет отдала сфере образования, работала социальным педагогом, вожатой и не только. Замужем, пятеро детей. В настоящий момент психолог-консультант ОФ «Ана үйі».

 

Расскажите о себе, где Вы родились.

– Вообще я родилась в Щучинском районе, село Кенды-Карагай. Жила в большой семье, где пятеро детей. Замуж вышла рано, в 18 лет. Тогда училась в Кокшетау, в колледже культуры, а мой муж обучался в сельскохозяйственном институте, мы так познакомились с ним. В этом году в июле отмечаем 25-летие нашего брака. Наша свадьба была как раз в мой день рождения.

 

У Вас самой тоже большая семья?

– У нас пятеро детей. Супруг тоже вырос в большой семье, и мы оба хотели создать такую же. Один сын уже женился, живет в Астане. Еще один работает и учится. Третий пойдет в 11 класс. Старшая дочка – в седьмой, а младшая – только в первый. Мы также решили взять четверых приемных детей. Уже поговорили со своими детьми, они согласны. Сейчас собираем документы, проходим медосмотр.

 

По какой причине решились на это?

– Какая-то часть меня осталась в школе, где я была социальным педагогом. Думаю о той работе, которую там недоделала когда-то. Много детей пришлось забрать от родителей и поместить в детские дома, это гнетет меня до сих пор. Я думала, что делаю что-то хорошее. Но мне кажется теперь, что надо было помочь родителям, собраться всему обществу, вылечить их, найти работу. Может быть, тогда семья не распалась бы. Я ведь росла в селе, там были неблагополучные очаги. Но дети затем смогли социализироваться. А сегодня если увидят мать нетрезвой, а в холодильнике у нее нет еды – все, служба опеки требует ограничить, забрать детей. Мать одна ничего сделать не может, от отчаяния она начинает падать все ниже. Восстановиться в правах родителям очень сложно. Опекунам тяжело, а им еще хуже. Это большая редкость – суметь вернуть детей. И в моей практике был мальчик Сергей. Ему тогда исполнилось лет шесть, когда мы забрали его от матери. Мама обещала вернуться за ним. Я помогла ей устроиться на работу. Через две недели она уехала на родину в Экибастуз и не вернулась. Прошли годы, но я помню этого мальчика, узнавала информацию о нем. Он сейчас стал спортсменом, ездит на соревнования. А я помню, как маленький Сергей говорил: «Найдите моего папу, он заберет меня». До сих пор в ушах его слова. Сейчас Сергей оканчивает колледж. Я волнуюсь о том, сможет ли он создать свою семью.

 

Вы решили взять малышей или постарше?

– Дети из детдомов социально не адаптированы, когда выходят в мир в 18 лет. Поэтому я, когда говорила с мужем, объяснила, что не хочу брать совсем малышей, а постарше – 15-17 лет. Надо им помочь получить образование и построить свою жизнь. Они должны узнать, что такое семья. Наши дети меня поддержали. Я ездила несколько раз в детский дом в Есиле и приметила там двух девочек 16 и 17 лет, мальчика 15 лет и еще одну девочку 13 – самая маленькая. Я с ними переписываюсь. И одна говорит, что другая боится, мол, у нас большая семья, а тут еще они. Вдруг я их любить не буду? Но мамино сердце большое, любви на всех хватит. Но и только ее мало – нужны забота, внимание и не только.

 

Вы разграничиваете жизнь и работу?

– Они у меня всегда были взаимосвязаны. Говорят, что это профессиональные издержки. Дети были вовлечены в нее. Я работала хореографом – они у меня занимались. Открыла первый в районе Дом детского творчества – туда ходили. За это меня наградили от имени Таира Мансурова. Он лично приезжал, руку пожал за то, что во времена развала в деревне смогла организовать все это. Я творческий человек и детей вовлекаю в это русло. Старшие дети играют все на музыкальных инструментах, танцуют, поют.

 

А как давно Вы живете в Кокшетау?

– Десять лет назад мы переехали в город. Тут я работала в СШ №17, изначально пришла просто кружковедом. Еще 8 лет занималась юными инспекторами дорожного движения. Наши акмолинские школьники ездили на республиканские соревнования, всегда привозили награды. Два года уже в жюри, а раньше сама их готовила. Моя работа всегда была связана с воспитанием детей, и своих и чужих.

 

Какие советы по воспитанию могли бы дать?

– Никогда нельзя ребенка ограничивать в его деятельности. Не бывает детей без талантов. Помню такой случай с инспекторами движения. Пришли в кружок два мальчика. Мне сообщили, что у них задержка психического развития. Но эти дети затем расцвели. Я давала им задания, научила петь, маршировать, держать себя на сцене. Сначала они стеснялись, плакали, когда не получалось. А я говорила: «Это надо, у тебя уже все лучше удается, как здорово!» Похвала – это двигатель для них. И важно, чтобы другие дети поддерживали, я говорила об этом с ребятами. Никогда нельзя вычеркивать способности ребенка, необходимо помогать их развивать. Тут также важна системность в воспитании. Если сегодня ты требуешь, а завтра забыла – ребенок это заметит. Также необходимо ко всему подходить творчески. Например, мы сажаем грядки, пропалываем их, даем каждому участок и устраиваем соревнование с подарками в конце. Если дома сделали какую-то важную работу, то потом можем все вместе пойти в бассейн. Не надо поощрения в денежном эквиваленте. Совместный отдых – лучшая награда.

 

А какая Вы мама?

– Я требую ответственности от детей, и себя тоже. Например, утром они встают и знают, что уже готов завтрак – это всегда. Если я один-два раза его не приготовлю, они подумают: «Ага, раз мама пропускает, то и я могу посуду не помыть». У нас есть обязательства друг перед другом. Много времени мне приходится проводить на работе, бывают командировки. Но мой звонок для детей важен. Я регулярно связываюсь с ними, узнаю, как дела, выполнили ли они поручения.

 

Глава семьи – муж или жена?

– Отец – главный. Мы отдаем мужчине дань уважения, нашему мужу и отцу. Пока он не сядет за стол, не ужинаем. Вечером собирается вся семья, общаемся. Эта традиция передалась нам от наших родителей. В семье мусульман так. Я так воспитываю дочек.

 

Каково главное предназначение в жизни женщины, по-Вашему мнению?

– Все-таки мы должны не забывать о своем внутреннем состоянии. Предназначение – быть хранительницей очага и рожать детей. Остальное по мере возможностей. Если ты способна физически осилить работу, тогда иди. У нас нет устава, что надо строго дома сидеть и гладить рубашки. Надо все по своим способностям брать. Муж не закатывает мне скандалы, если утром чистых носков не находит. Дети у меня самостоятельные, я к этому их приучила.

 

Вы реализовали себя на разных местах работы. Где трудились?

– Помимо школы и района, я работала пять лет в управлении образования, была методистом по воспитательной работе. У меня все с детьми связано. Тогда методический кабинет только открывался. Мне всегда везет быть первооткрывателем. Пригласили туда помочь организовать работу, и я осталась там на пять лет. Вообще считаю, что каждые пять лет надо менять работу. Даже аттестация у педагогов раз в пять лет проходит. То есть за это время ты достигаешь профессионального уровня, надо развиваться дальше. Постоянное место работы способствует профессиональному выгоранию. Когда я училась еще на психолога, написала интересную работу «Профессиональная деформация учителя». И она сегодня актуальна, а была создана 10 лет назад. Так что в жизни надо менять направление. Сегодня я работаю с детьми и приемными родителями.

 

Как Вы оказались в фонде «Ана үйі»?

– Когда меня пригласили сюда работать, то я много не думала. Я сейчас тружусь в Центре поддержки усыновления, и моя задача – сократить число детей без семьи.

 

Но порой детей возвращают. Чем это чревато?

– Не должно быть повторного сиротства. Если от ребенка откажутся и он вернется в систему, то замкнется в себе, никому не будет доверять. Один раз его мама отдала. Другой он поверил приемным родителям, а они не справились с ним, отдали его снова. Ему больно. Некоторые становятся агрессивными. Чтобы этого не случалось мы, общественный фонд «Ана үйі», создали Школу приемных родителей. Нет закона, который бы обязывал ее посещать, но это нужно, как показывает практика. У нас 80 тыс. сирот в Казахстане. А ведь в некоторых странах нет вообще детских домов. Мы перенимаем опыт зарубежных стран, где эти школы активны. Родитель должен знать психологию приемного ребенка. Мы уже год работаем, и многие, кто был у нас, говорят, что теперь им проще, они готовы к событиям, проблемам, которые спрогнозировали. К сожалению, такая школа в нашей области одна, в районах нет. Вчера приезжала женщина из Атбасара, консультировалась с нами, но нет возможности открыть школу там. По телефону обучить сложнее, надо работать на местах с психологами, обучать их в первую очередь.

 

Почему Вы сами выбрали профессию психолога?

– Когда я поступила в КГУ им. Уалиханова, то поняла, что мне эта специальность близка душевно. Муж еще в молодости говорил, что меня можно прозвать «03», потому что я всегда бегу спасать всех. Когда жили в общежитии, всем женщинам ремонтировала чудо-печки, плойки, утюги. Хотела, чтобы все работало и у всех было все хорошо. Просто получаю радость от доброго дела для другого, это как заряд. При беседе с родителями стараюсь, чтобы они сами увидели свои ошибки в воспитании ребенка и сделали выводы. Пришла женщина, жаловалась на неуправляемого сына. Я провела показательную игру: налила воду в два стакана и предложила над одним стаканом говорить добрые слова, похвалу и так далее. Затем быстро поменяла стаканы местами, перепутала их и попросила попробовать, спросила, какая вода вкуснее. Невольно выбирали ту, которой говорили хорошие слова. А люди состоят на 80% из воды. И если ребенка хвалить, ласкать – он будет покладистым.

 

Вы говорили в школе, что терпение и выдержка необходимы приемным родителям. А сами терпеливы?

– Я перенесла две сложные операции на позвоночник. 8 месяцев ходила на костылях. И научилась терпеть эту постоянную боль. После одной операции восстановиться не удалось, но муж в Астане отыскал врачей, собрал деньги. И через десять дней вернулась домой на своих ногах. Это была победа. В каждой семье бывают проблемы, но все надо вытерпеть.

 

«Перекресток» подготовили:

Татьяна КОНДРАТОВИЧ

Любовь Пистовникова

Вадим БЕГУН

Ульяна КАРАНДА

Алия БАЙМУКАНОВА

Фото Влады КНЫШ

Опубликовано: 14.07.2017
Сообщить об ошибке