Отдаём детей служить, а привозят тела — мать повешенного солдата из ЗКО

по red


Отдаём детей служить, а привозят тела — мать повешенного солдата из ЗКО

Женщина считает, что её сына довели до суицида.

Отдаём детей служить, а привозят тела — мать повешенного солдата из ЗКО

Мать погибшего солдата Толкын Галимова живет в посёлке Комекши Казталовского района. Женщина с трудом рассказывает о трагедии в её семье, которая произошла седьмого ноября этого года. Её сын повесился в воинской части в Конаеве (город в Алматинской области).

— Прошёл месяц как погиб мой сын, Арсен Ишанов. Я не нахожу себе места, — плача, начала рассказывать Толкын. — Он родился в 2003 году. В семье был вторым ребёнком, всего у меня четверо детей. Воспитываю одна, их отец в 2014 году погиб в автокатастрофе.

Со слов матери, её сын получал высшее образование в ЗКАТУ имени Жангир хана по профессии «Техника безопасности». Один из предметов он не смог сдать и бросил учёбу. Отметился в военкомате, что не учится. Вскоре ему пришла повестка. Юноша прошёл медкомиссию и в апреле этого года его призвали служить.

— Арсена записали в воздушно-десантные войска. Я говорила — это сложно, сынок. Но он считал ВДВ элитным войском, стоял на своём. Четвертого апреля ранним утром я проводила сына на поезд. В мае съездила к нему на присягу в Алматы. Тогда я не узнавала его, вёл себя очень странно…. не смотрел в глаза, был каким-то поникшим. Я спросила у него, что случилось? Так переживала. Уходя, он сказал, что ничего не может мне рассказать, это мужские дела. Я уехала, — рассказывает Толкын.

Женщина отмечает, что всё время службы они созванивались по телефону с сыном. Со временем Арсен стал просить у неё деньги: то две, то три тысячи тенге. Женщину насторожило, что звонил он с разных номеров, объясняя это тем, что у него украли SIM-карту и батарейку.

— С какого номера звонил, туда и переводили деньги. Постепенно суммы увеличивались. Мы ему не отказывали. Спрашивала, куда он тратит деньги. Он отвечал, что в жаркую погоду покупают напитки в магазине, с парнями заказывают донеры и пиццы. Позже я узнала, что он часто спрашивал деньги у своей сестры. Внутри была тревога. Спросила у родителей его сослуживцев про денежный вопрос. Те рассказали, что так же отправляют. Только тогда я успокоилась и отправляла деньги дальше, — вспоминает женщина.

Мать Арсена показала распечатанный список всех переводов. Помимо неё и дочки, ещё были переводы от друзей и родственников. По её подсчетам, она перевела 118 тысяч тенге, дочка — 55 тысяч тенге, и если прибавить переводы друзей и родственников в общей сложности получится 194  тысячи тенге. Возможно, и это не всё, думает Толкын.

Седьмого ноября раздался звонок — командир сообщил матери о смерти сына.

— Ваш сын, работая в боксе в обеденное время, повесился на цепи, сзади военной машины. Я начала сильно плакать. Были вопросы: почему не досмотрели? Что он там делал? Где были старшие? На мои вопросы не ответили, лишь сказали, что с ним работали двое парней, которые отлучились. Он остался один и в это время повесился, — вспоминает Толкын. — От услышанного я потеряла сознание. Двое суток не могла встать на ноги.

После экспертизы тело Арсена доставили на самолёте в Уральск, где его встретил военный оркестр.

— Когда его привезли, рядом были солдаты из Уральска, с разных частей. Но не те, кто с ним служил. Командир сказал, что все сослуживцы на допросе. Военные просили у меня прощения. А я не умолкала со своими вопросами: где были психологи, где были люди, которые отвечают за внутренний распорядок, где камеры видеонаблюдения? Вообще он работал с документацией и в день трагедии просился в бокс. Он там что-то красил, на руке действительно остались следы краски. На теле не было следов побоев. На горле в одном месте остался след от удушения, — сквозь слёзы рассказывает мать.

Женщина вспомнила о последнем телефонном разговоре с сыном второго ноября. На тот момент уже прошли семь месяцев службы.

— Я обещала приехать к нему с сестрёнкой и привезти всё необходимое. Летом и осенью у меня не получилось, не было возможности. Я говорила, вот зима пройдёт и весной приедешь к нам. Мы построили тебе дом. Будем встречать со всеми родственниками. Его это совсем не обрадовало. Он произнес лишь «а..». Он даже не спросил, когда куплю билеты, когда приеду. Тогда я получила зарплату, предлагала перевести деньги. Он сказал: сто положишь? Несмотря на то, что у меня на карте было всего 15 тысяч тенге, сказала, сколько надо, столько положу. Ответил мне — поговорим вечером. Это был последний разговор с моим сыном, — вспоминает женщина.

Она выяснила, что после телефонного разговора он просил деньги у многих. Те, кто смог, отправили.

Толкын считает, что на него оказали психологическое давление. Он пошёл на такой шаг, потому что не смог найти деньги.

— Отдала в армию здорового ребенка, а привезли обратно его тело. Кто ответит за это? Мы поверили государству. Если видят, что с ребёнком что-то не так, почему с ним не разговаривали психологи. Где командиры части? Почему такие случаи есть в казахстанской армии? Сын был очень ответственный, спокойный, хорошо учился. Сколько матерей получили тела своих детей из армии? Я тоже оказалась из числа таких матерей, — заключила Толкын.

Мать Арсена хочет, чтобы по факту смерти возбудили уголовное дело и выяснили, по какой причине её сын совершил суицид.  Она хочет, чтобы нашли виновных и привлекли к ответственности.

Редакция «МГ» направила запрос на получение информации в министерство обороны.

Kris

автор
Стали очевидцем происшествия?  WhatsApp



mgorod.kz

смежные новости

Оставить комментарий