Перекресток «ЛГ». Айдос Сарым: «Слово «оппозиционер» – не преступное»

Известный казахстанский политолог и общественный деятель Айдос Сарым в представлении не нуждается – все, кто мало-мальски следит за политическими событиями, не раз читали в СМИ его комментарии по тому или иному поводу.

 

Айдос Сарым родился и живет в Алматы. Учился в КазНУ им. аль-Фараби и изучал историю в KazakhNationalUniversity.

 

Работал хранителем фондов, заведующий орготделом в Центральный государственный архив РК, главным инспектором и советником в главном управлении архивами и документацией РК. Затем стал научным сотрудником в Казахстанском институте стратегических исследований при Президенте РК, трудился в должности заместителя директора департамента СМИ Министерстве культуры, информации и общественного согласия РК, а затем возглавлял департамент внутренней политики Атырауской области. После этого был переведен в Администрацию Президента Республики Казахстан. Работал пресс-секретарем, советников в партии «Ак жол», советником сопредседателя в партии «Нагыз АК ЖОЛ», заместителем главного редактора в газете «Жас Алаш». Сейчас трудится в компании «Altynbek Sarsenbaiuly Foundation».

 

Журналисты любят обращаться к Вам, потому что Вы всегда делаете интересные и смелые заявления. Не приходилось жалеть о том, что сказали прессе?

Да, и не раз. И больше всего раздражает даже не то, что сказал, а то, что сказанное можно вывернуть, в принципе, как угодно. Более всего было обидно один раз, после трагических жанаозенских событий. Пришли журналисты из «Хабара» и брали интервью без малого полчаса, а в эфире это было представлено так, будто я поддерживаю расстрелы. Это был самый горький урок для меня. Поэтому по возможности стараюсь избегать любых телеинтервью, на ход и последствия которых я влиять никак не могу. Или же даю очень короткие ответы на конкретные вопросы. С другой стороны, я хорошо понимаю, что публичность – это и высокая степень ответственности, прежде всего личной. В любой ошибке, даже самой фатальной, надо грешить прежде всего на самого себя.

 

Каким источникам информации Вы доверяете, а каким – нет?

Доверять лучше всего не источникам информации, а фактам. Я Казахстане я лично еще не встречал ни одного объективного сайта или издания. Поэтому лучше плясать от фактов, по возможности сравнивая максимальное количество источников информации, точнее даже источников интерпретации.

 

У Вас больше врагов или друзей? Бывало, что они перемещались из одного стана в другой?

По-моему, любимый мной Черчилль говорил нечто вроде того, что если человек нажил себе врагов, значит, он в своей жизни что-либо отстаивал. Нельзя иметь твердые принципы и жизненные установки и ожидать, что у тебя не будет «доброжелателей». Хотя, если честно, слово «враг» режет уши. Полагаю, что в Казахстане и не только есть множество людей, которые будут рады любой моей ошибке и не приминут ею воспользоваться. Можно ли называть их «врагами»? Просто само это слово настолько крепкое, что требует неких ответных действий. А наша жизнь так коротка, так скоротечна, что, назвав кого-то «врагом», начиная мстить, можно забыть и самих себя, и подзабросить более насущные, важные дела. С другой стороны, все это адреналин, драйв, хорошо мотивирует. Жизнь без оппонентов, споров и дискуссий неинтересна. Несмотря на это у меня есть список из одного человека, которому я никогда не подам руки. Со всеми остальными можно разговаривать, спорить, крепко спорить. Иногда такие споры могут превратить вчерашних оппонентов если даже не в друзей, то, по крайней мере, в единомышленников. А таких фактов было предостаточно.

 

С кем Вы бы никогда не вступили в полемику?

Нельзя, точнее крайне затруднительно полемизировать с людьми, которые отрицают твое право на жизнь, отрицают всю сумму твоих ценностей и идеалов. В чистом виде, такой вот кристаллизации ненависти в своей жизни я не встречал. Человек ведь начинается не с собственной манифестации, а ровно с того момента, когда он начинает учиться ставить себя на место кого-то другого, в том числе и тех, кто тебе оппонирует.

 

Кто из политиков (любого масштаба) Вас восхищает?

Мой любимый политик – Уинстон Черчилль. Но вообще восхищаюсь людьми, которые сумели сделать маргинальное явление абсолютным мейнстримом. Как говорят маркетологи, если химера хорошо продается, с этим надо считаться. Мне многое может не нравиться, но если это становится мейнстримом, то может быть только две логики: надо либо менять свое отношение к этому, либо пытаться это изменить.

 

Часто ли приходится слышать в свой адрес слово оппозиционер? Что Вы отвечаете этим людям?

Сплошь и рядом. Реакция в основном зависит от людей, которые это говорят. Само ведь слово «оппозиционер» – не преступное, не криминальное. Да и градаций оппозиционности может быть километр. Например, если вы любите дыни, а у меня аллергия, то я уже как бы в оппозиции к вам. И так до бесконечности. Просто в нашей стране пороги чувствительности к критике, конструктивность диалога сильно затуплены, сужены. Если в нашей стране иметь свое собственное мнение, быть скептичным, полагаться на здравый смысл – это мыслепреступление и признак оппозиционности, то мы далеко не уйдем. Блез Паскаль говорил, что опираться можно только на то, что сопротивляется. Вы никогда, например, не замечали, что, как правило, успеха в жизни добиваюся вовсе не отличники, а троечники по поведению? Уж совершенно точно, среди троечников очень мало конформистов и соглашателей. А желание всем угодить и нравиться, все время получать хорошие оценки обычно делает позвоночник человека чересчур гибким, вплоть до полной аннигиляции, уничтожения человека в человеке. Последнее даже опаснее, чем быть «оппозиционером» и даже «врагом народа»!

 

В своих интервью Вы не раз говорили о том, что опасаетесь за Независимость нашего государства. Насколько серьезна угроза?

Провозглашение независимости вовсе не означает, что эта самая независимость достигнута. Угрозы есть всегда, как внешние, так и внутренние. Слова Рене Генона о том, что нация – это каждодневный плебисцит, можно смело отнести и к понятию независимости. Это нечто такое, что нужно доказывать каждый день, каждыми своими словами и действиями. И это не просто громкие слова.

 

Вы работали в госархиве. Расскажите о каком-то одном уникальном документе, который Вам удалось увидеть.

Таких документов сотни, тысячи. Я ведь по образованию историк. А когда каждый день видишь, соприкасаешься с историей, чувствуешь ее тактильно, это редкое, почти сакральное удовольствие.

 

Чем Вам нравилась работа в Администрации Президента РК и чем не нравилась?

Знаете, если честно, нравилось, когда удавалось «пробить» какое-то важное решение, отстоять свое мнение, реализовать его в виде политических шагов и действий. Нравилось, когда ты готовишь какие-то планы, а потом видишь, как они реализуются в жизни. Это колоссальный драйв для политиков и политтехнологов. Не нравилось то, что в Администрации Президента есть люди, которые жили и живут до сих пор мелкими интригами, склоками, доносами. Наверное, в этой жизни чистых удовольствий без примеси горечи или даже горькой расплаты попросту не бывает. За все надо платить постоянно или же отказываться от этого. В жизни есть масса других удовольствий, чем надувать щеки и гордиться тем, что у тебя есть АПшная корочка. Поэтому, собственно, оттуда и ушел. И ничуть об этом не жалею.

 

На какие темы Вы вообще не любите говорить?

На личные. Считаю, что в жизни человека есть общественное и личное пространство. Личное потому и называется личным, что никого другого, кроме меня, не касается. Это пространство только для родных и близких.

 

Бывало, что Ваши прогнозы не сбывались? К примеру, Вы заявляли в СМИ одно, а на деле получалось по-другому?

Не зря же говорят, что прогнозы – дело неблагодарное. Всякое случалось. Все люди могут ошибаться, просто нельзя ошибаться очень часто и много.

 

Что будет с Казахстаном в будущем, к примеру, в 2050 году?

Случиться может все, что угодно. Все будет зависеть от нас самих, нас, простых граждан страны. Веер сценариев огромен, в том числе и крайне негативных.

 

С какими предрассудками нужно бороться казахстанцам?

– С невежеством. Как личным, так и общественным. Это главный порок людей как биологического вида.

 

Вы постоянно в разъездах, а как же домашние дела?

Это часть моей работы. Не думаю, что моим родным это очень нравится, но судя по тому, что я все-таки все еще в разъездах и командировках, они относятся к этому как к данности или необходимости.

 

Как Ваши родные реагируют на то, что Вы постоянно в центре внимания?

По-разному. И гордятся, и переживают, и просят быть осторожным. Не верьте известным людям, которые говорят, что устали от известности.

 

Как Вы обычно проводите выходные?

Всяко разно. У меня, к сожалению, нет четкого недельного графика. Например, последние два-три месяца мои выходные совпадают с заседаниями государственной земельной комиссии.

 

У Вас есть личный кабинет? Какая в нем обстановка?

Да самый обычный кабинет: стол, ноутбук, диван и полки с любимыми книгами.

 

Смогли бы работать с родней в одной фирме?

Ой, нет, құдай сақтасын! Родных надо любить, с друзьями надо дружить. Им очень трудно отказывать в чем-то, тем более нельзя делать это часто. А хорошая, прибыльная работа – это, как правило, большие и малые конфликты, отказы, споры.

 

А у Вас в семье бывают споры на политические темы?

Почти нет. Семья – это ведь еще и духовная близость, схожесть идеалов, ценностей. По мелочам можно и поспорить.

 

Расскажите немного о своих родителях, из какой Вы семьи.

Мои родители представители журналистского цеха. Мать всю жизнь работала корректором в газетах и журналах. Отец – тележурналист, был собкором в ряде регионов страны. От него, быть может, и моя тяга к дорогам и командировкам.

 

Когда были ребенком, тоже имели свою точку зрения на происходящее?

Хочется думать, что да. В школе конформистом точно не был. Спокойно мог сорвать любой урок, затеять спор с учителями, словарного запаса и желания спорить хватало. Хотя, если честно, сейчас этим не сильно горжусь.

 

Вы много путешествовали, какой город полюбился Вам больше всего?

Самый лучший город в мире – это Алматы. Без всякого пафоса говорю. Из мировых городов – Стамбул, Лондон и Нью-Йорк. Это просто колоссальные по энергетике и внутренней силе города. А вообще я больше всего горжусь тем, что в отличие от многих наших современников я побывал во всех областях страны, во всех его городах, своими глазами видел самые лучшие исторические и природные места нашего Казахстана. Это вообще огромное упущение, что многие наши сограждане, быть может даже миллионы, не выезжают дальше областного центра, в лучшем случае Астаны и Алматы. Если бы наши сограждане имели бы возможность хотя бы до сорока лет объездить всю страну, искупаться во всех крупных реках и озерах, посетить исторические памятники, быть может мы имели бы совсем другое понимание Родины и более бережно к ней относились.

 

Как долго Вы можете обходиться без интернета и социальных сетей?

Без интернета совсем тяжело, надо ведь читать новости, обмениваться информацией. Без социальных сетей относительно спокойно обходился пару недель. Экспериментельно доказано.

 

Если Вы напишите книгу, то о чем она будет?

Я сейчас готовлю сборники своих публикаций. Потом думаю засесть за книгу о казахском национализме. Планов вообще громадье, хватило бы только времени.

 

О человеке можно многое сказать по тому, как он чихает. А как чихаете Вы?

Стараюсь закрыть лицо руками или платком. Вряд ли это гигиенично или эстетично со стороны.

 

Нурсултан Назарбаев поручил представить результаты работы земельной комиссии. Что Вы ему доложите?

Ну, докладывать будет премьер-министр Карим Масимов. Мы же лишь выработаем свои подходы, изложим свои принципы. Дальше многое будет зависеть от парламента. Не думаю, что президент Казахстана настолько в восторге от работы земельной комиссии, что даже лично захочется встретиться с ее членами.

 

Чем Вы планируете заниматься на пенсии?

Буду читать и писать. Быть может, преподавать. В общем тем же, чем занимаюсь сейчас.

 

«Перекресток» подготовили:

Айя КАЛЯГИНА

Вадим БЕГУН

Любовь ПИСТОВНИКОВА

Рашида МУХАМЕТКАЛИЕВА

Самат КАРИМОВ

Татьяна КОНДРАТОВИЧ

Фото Влады Кныш

Опубликовано: 09.08.2016
Сообщить об ошибке

Комментарий

  • Гость 07:20 - 10.08.2016
    Комиссия эта ничего не решает а сидят там якобы независимые члены только для легитимизации комисси в глазах народа
В комментариях запрещено оставлять нецензурную брань, оскорблять и провоцировать посетителей сайта.

Ваш комментарий